Что считают свободой слова в США и Европе, пояснил спикер LHS Станислав Ивасик

Сравнение практики Европейского суда по правам человека и Верховного суда США относительно права на свободу слова для слушателей Школы судебной практики Legal High School провел Станислав Ивасик, государственный эксперт экспертной группы координации политики в сфере юстиции Директората стратегического планирования и европейской интеграции Министерства юстиции Украины.

Лектор сообщил, что базовая для этого вопроса статья 10 Конвенции о защите прав человека о защите прав человека и основоположных свобод является уникальной, так как содержит понятие свободы выражения взглядов, что шире самой свободы слова. Интересна часть вторая этой статьи, которой авторы хотели сказать, что право на свободу слова подразумевает определенные обязанности, каждый человек должен отвечать за правдивость высказываний и последствия, к которым они могут привести. В то же время в США поправка 1 к Конституции открывает свободу слова и печати. А вот статья 34 Конституции Украины фактически соответствует Конвенции, даже немного расширяет ее.

Станислав Ивасик провел обзор базовых прецедентов и практики ЕСПЧ, давших толчок развитию сферы свободы слова. Первым в этом плане было дело «Handyside v. The United Kingdom», которым суд ввел тест на легитимность ограничения права на свободу выражения взглядов, включающий три основных компонента: ограничение должно быть предусмотрено законом, должно преследовать легитимную цель и быть необходимым в демократическом обществе. Лектор уверен: главное — понимать, что нет единого теста ко всем видам ограничения свободы слова, для каждого ограничения — свой тест на его конституционность.

Станислав Ивасик привел примеры свободы слова и выражения взглядов, которые важны именно для Украины. В статье 2 Закона Украины «О голодоморе 1932—1933 годов в Украине» отмечается, что публичное отрицание голодомора 1932—1933 годов в Украине признается надругательством над памятью миллионов жертв голодомора и унижением достоинства украинского народа. Однако, к сожалению, нет конкретно установленной ответственности за такое публичное отрицание. Похожая ситуация и с холокостом, относительно которого подавалось много заявлений в ЕСПЧ, и каждый раз суд признавал их неприемлемыми, указывая, что если будет разрешено отрицание холокоста, Конвенция будет противоречить сама себе, поскольку холокост является четко установленным историческим фактом.

По словам лектора, при рассмотрении дела «Perinçek v. Switzerland» Европейский суд выработал тест, по которому должен исследоваться предел необходимости и допустимости высказываний в обществе. Первое — их природа, то есть цель и тематика. Следующее — контекст, под которым понимаются географические и исторические условия, а также временные рамки. Последнее — мера, когда высказывания нарушают права других лиц. Что касается позиции Верховного суда США, то по делу «Brandenburg v. Ohio» он отметил, что государство во время судебного заседания должно доказать, что определенные высказывания, которые якобы на первый взгляд являются призывами к противоправному поведению, действительно могли привести к реальным угрозам, в данном случае к побоям, погромам и т.п.

Достаточно распространенными являются дела о запрете коммунистической символики и о критике политических фигур. Так, в деле «Lingens v Austria» ЕСПЧ, в отличие от австрийского суда, указал, что журналисты не могут быть наказаны за оценочные суждения, а предел допустимой критики шире по отношению к политику, чем по отношению к частному лицу, что подтверждается фактом наличия общественного интереса к политикам и публичным лицам, более того, их репутация защищается Конвенцией.

МЕНЮ

LegalHighSchool – Высшая школа для юристов и адвокатов

Корзина